В январе прибыль бизнеса до налогов упала на 29,1% в годовом выражении — без учёта малого бизнеса, банков и госучреждений. Доля прибыльных компаний снизилась с 67,1% до 62%, убыточных выросла с 32,9% до 38%, сообщает автор Telegram-канала bitkogan. Фактически почти каждая третья компания работает в минус.
В сегменте малого и среднего бизнеса о падении выручки говорят 68,7% респондентов — больше двух третей. Налоговые поступления от бизнеса и граждан на специальных режимах в первом квартале снизились примерно на 22% год к году.
Кредиты, налоги и кассовые разрывы
Автор выделяет несколько причин давления на МСП. Первая — дорогие кредиты в сочетании с повышением налогов: расширение бизнеса грозит разорением. За год число компаний с налоговыми долгами выросло на 12%, почти до 440 тысяч. Среди микропредприятий доля таких выросла на 7,8%, среди малых — на 18,9%, среди средних — на 35,5%.
По данным рейтингового агентства НРА, банки по итогам прошлого года получили на 68% больше заявлений о реструктуризации ссуд от МСП, чем годом ранее. Некоторые компании намеренно снижают обороты, чтобы не попасть под НДС и не набрать новых долгов.
Вторая причина — высокая инфляция, из-за которой сложно планировать инвестиции и крупные покупки на несколько лет вперёд: это бьёт по заказам и выручке. Третья — штрафы: даже небольшие просрочки по экологическим платежам могут обойтись в 250–300 тыс. руб., что для микробизнеса часто критично.
Отдельная проблема — неплатежи. Просроченная дебиторская задолженность российских компаний в январе впервые достигла 8,2 трлн руб., следует из статистики Росстата; это эквивалентно 3,8% всей экономики страны. Заказчики чаще задерживают оплату за уже выполненные работы, возникает кассовый разрыв: работа сделана, денег нет, а обязательства остаются. Для МСП с небольшими оборотами любая задержка оплаты проблематична.
Почему число МСП всё-таки растёт
По официальным данным, в России уже 6,835 млн малых и средних предприятий, а в начале года было зарегистрировано на 5,8% больше нового бизнеса, чем годом ранее. Но структура этого роста неоднородна: число ИП растёт — около 4,64 млн (+7,18%), а количество юридических лиц в секторе МСП сокращается на 2,82%, до 2,2 млн. Число ликвидаций в секторе год к году выросло на 11%.
Автор объясняет это не притоком новых бизнесов, а переходом из самозанятости в ИП, в том числе под давлением ФНС, и возможным дроблением бизнеса, чтобы не выходить за пороги НДС.
Что будет, если ничего не менять
В российской экономике сегодня каждая пятая компания — малая или средняя, и это не самая большая доля. Но МСП обеспечивает занятость примерно 31 млн человек и формирует основу среднего класса. Если ситуацию пустить на самотёк, доля сектора схлопнется, считает автор.
Без МСП рынок быстро концентрируется в руках крупных игроков, которые начинают диктовать условия и фактически закрывают вход новым участникам. Страдает и инновационная составляющая: большинство новых идей, продуктов и гибких решений рождается именно в малом бизнесе, потому что он быстрее реагирует и не скован громоздкой структурой.
В качестве мер поддержки автор перечисляет снижение налогов, проверок и штрафов, возможность спокойно работать онлайн при минимальных блокировках ресурсов и сохранение господдержки. Без этого, по его оценке, не удастся дойти до запланированной доли малого и среднего бизнеса в ВВП в 32,5%.
Что это значит
Для экономики сигнал тревожный: прибыль падает у компаний всех размеров, а формальный рост числа МСП маскирует уход юрлиц и переток самозанятых в ИП. Для предпринимателя это означает более жёсткие условия кредитования, рост риска налоговых долгов и кассовых разрывов из-за задержек оплаты. Для рынка труда и доходов бюджета — риск замедления, если сектор продолжит сжиматься.
Источник: Telegram: bitkogan
Комментарии 13